Короткие сведения и факты из жизни и истории Одессы. Хронология жизни города

Раздел - Чисто факты из жизни и истории

Скандалы и истории южной Пальмиры
1. УЛЬТИМАТУМ СУВОРОВА
Генерал-аншеф граф Суворов-Рымникский, коему Екатериной II поручалось производить "работы по строительству укреплений и военных заведений в Хаджибее" под его надзиранием, якобы перед штурмом Измаила отправил командующему измаильским гарнизоном послание: "Я с войском сюда прибыл, 24 часа на размышление для сдачи – воля, первые мои выстрелы – уже неволя, штурм – смерть. Чего оставляю вам на рассмотрение". Записка эта цитируется во всех биографиях полководца. У нее есть все атрибуты исторического анекдота.

Считается, что великим людям свойственно в решающие моменты говорить афоризмами для будущих поколений. Но в действительности Суворов, самый афористичный из всех полководцев, просмотрев записку, понял, что она не соответствует серьезности события. Он зачеркнул текст и продиктовал ультиматум, составленный в сдержанных, классических выражениях военной дипломатии: "Превосходительному господину сераскиру Мегомет-паше Айдозле, командующему в Измаиле, почтенным султанам и прочим пашам и всем чиновникам. Приступая к осаде и штурму Измаила российскими войсками, в знатном числе состоящими, но соблюдая долг человечества, дабы отвратить кровопролитие и жестокость при том бываемую, даю знать чрез сие вашему превосходительству и почтенным султанам и требую отдачи города без сопротивления..."

2. ПОСЛЕДНЯЯ ОДЕССКАЯ ДУЭЛЬ
Валентин Петрович Катаев в 1917 году был вызван поэтом А. Соколовским на дуэль (в Одессе – последнюю) за оскорбление женщины. Дуэль на пистолетах до первой крови. Стрелялись на Ланжероне. Третьим выстрелом Катаев был легко ранен. О творчестве Катаева Мандельштам заметил, что "в нем есть настоящий бандитский шик", а Бунин сказал: "Трудно было подумать в 1918 году, что из этого молодого человека выйдет такой хороший писатель".

3. ХВОСТ ПАВЛИНА


Дрессировщики, заслуженные артисты России Инна и Юрий Эльворти, не однажды выступавшие в Одесском цирке, являются продолжателями цирковой династии, существующей с 1889 года – даты, когда их предок Эльворти приехал из Италии в Россию и женился на выступавшей с медведями одесситке Эльвире Михайловне Подчерниковой. Цирк же "Эльворти" существует с 1926 года. Инна и Юрий выводят на манеж различных животных: от медведей и собак до птиц. Их аттракцион "Птичий рынок" (страусы, фазаны, петушки, цесарки, попугаи, павлины...) признан единственным в мире.

Как-то в советское время Юрия пригласили к руководству. Высокопоставленный чиновник порекомендовал "обогатить" номер зрелищным элементом: выступление должны открывать павлины, стоящие по периметру арены и... одновременно распускающие хвосты. Дрессировщик, сдерживая смех, поблагодарил начальство за "ценное предложение". Дело оставалось за малым: павлин демонстрирует свое роскошное украшение в период ухаживания за павой и отнюдь не по команде. Эти священные в Индии птицы, часто живущие при храмах и их украшающие, – эмблема бессмертия. Павлины прекрасно переносят минусовые температуры, без всякого вреда для себя убивают даже больших ядовитых змей, по вкусу не отличаются от обычных кур, мясо их не подвержено разложению, оно ссыхается, каменеет, но не гниет.

4. ВОЗМУЩЕНИЕ АКАДЕМИКОВ
Выдающийся математик, с 17 лет проживавший в Одессе, Марк Григорьевич Крейн, во время учебы зарабатывал себе на жизнь колкой дров. Окончил аспирантуру Одесского института народного образования (университет), без защиты диссертации ему присуждена степень доктора физико-математических наук. Создал одну из первых научных школ функциональном анализа в Советским Союзе. Лауреат международной премии Вольфа, член-корреспондент АН СССР. Более четверти века преподавал в одесских вузах, был основателем одесской математической школы. Марк Григорьевич – своеобразный "чемпион" Одессы, Украины, а может быть, и всего Советского Союза – его шесть раз выдвигали на соискание Ленинский премии, но по мотивам, далеким от научных, он так ее и не получал. В связи с этим академики АН СССР А.Н. Холмогоров и Л.Л. Соболев даже открыто выражали свое возмущение в газете "Известия".

5.   АМЕРИКАНЕЦ СНЯЛ ШЛЯПУ
Одесситка Лидия Ивановна Петренко окончила Ленинградский металлургический институт (единственная женщина на своем факультете), работала начальником мартеновского цеха. За доблестный труд была награждена двумя орденами Трудового Красного Знамени, орденами Отечественной войны I степени и Знаком Почета и медалями. Был случай, когда она при сильном ветре и сорокаградусном морозе поднялась по трубе на высоту 65 метров и спустила отвес бригаде огнеупорщиков, работавшей внизу. Мужчины-монтажники этого сделать не смогли. Американский консультант Вейл, наблюдающий за этим, после подошел к ней, снял шляпу и поклонился. По воспоминаниям коллег, Лидия Ивановна, всю жизнь выполнявшая мужскую работу, была необычайно красивой женщиной.

6. ПАМЯТНИК В СВОЕЙ СОБСТВЕННОСТИ
Владимир Иванович Сиротюк, предприниматель и ресторатор, окончивший юридический факультет Одесского госуниверситета, создал в 1983 году в Одессе молодежное кафе-клуб "Метроном". К 200-летию города на собственные средства заказал 2000 юбилейных брегетов (часов) для подарков почетным гостям Одессы (один из брегетов находится в коллекции часов королевы Великобритании). Реализовывая совместную с одесским кинодеятелем Г. Тарасулем идею, заказал изготовление памятника первому градоначальнику Одессы адмиралу де Рибасу. Памятник был исполнен и установлен в начале улицы Дерибасовской, в день 200-летия Одессы торжественно открыт. В связи с тем, что городские власти не приняли памятник в коммунальную собственность, Владимир Иванович является единственным одесситом, имеющем в своей собственности городской памятник в центре Одессы.


Феликс КАМЕНЕЦКИЙ




* ДУРАКИ И ДОРОГИ - БИЧ ВО ВСЕ ВРЕМЕНА
"Пушкин называл Одессу "пыльной". По-моему, пыли у нас не больше, чем везде. Ну, может, чуть больше. Но это же не причина, чтобы обзываться." Игорь Новак.

Дело в том, что Одесса раньше была очень грязным городом. К примеру, улица Преображенская просто славилась своей грязью. В 20-х годах прошлого века мостовая в Одессе укладывалась из известняка, который стирался подковами и каблуками в мельчайшую пыль. Одесса приобрела известность своей пылью даже за границей. В 1860-х годах борьба с грязью и пылью в городе не была окончена. Как не окончена она в полной мере и сегодня, и борьбе этой пока конца не видно.


* ЗЕМЛЕТРЯСЕНИЯ В ОДЕССЕ
"Были ли раньше в Одессе землетрясения, до Советской власти?"
А. Л. Кутешко.

Два особенно чувствительных землетрясения до революции зарегистрированы в 1829 и 1837 годах. Тогда были повреждены дома и даже несколько храмов. Историки заметили интересную особенность - в эти годы у Черного моря были очень суровые зимы и даже замерзал залив.


* МОГИЛЫ АНГЛИЧАН С "ТИГРА"
"Правда ли, что в Одессе похоронены английские моряки времен Крымской войны?"
Инна Самойлова.

В апреле-мае 1854 года, во время осады Одессы союзнической эскадрой, у берегов города сел на мель английский пароход "Тигр". Казаки расстреляли пароход из береговых орудий, затем взяли в плен команду и захватили 20 пушек, одна из которых сегодня установлена на Думской площади. Во время обстрела парохода были тяжело ранены капитан "Тигра" Том Джиффар, мичман Джон Джиффар, матрос Тренерг и юнга Гудь. Все четверо спустя некоторое время умерли от ран и были с почестями похоронены на Старом Христианском кладбище.

"Тигр" позже был восстановлен и использовался как яхта для императорской семьи.

* МОРЯКИ И КАЗАКИ
"Говорят, в Одессе когда-то стоял российский средиземноморский флот. Правда ли это?"   А. Белов, пенсионер.

Сам флот в конце восемнадцатого века находился в Средиземном море, а по указу Екатерины II в Одессе (тогда еще Хаджибее) были поселены моряки, служившие на этом флоте. Примерно в это же время, может, чуть раньше, после разорения Запорожской Сечи, возле Хаджибея поселились запорожские казаки, а также выходцы из Польши.

Еще раньше, в 1413-м году, Качибейский порт находился под покровительством Литвы (!), торговые и военные корабли доставляли из Качибея хлеб в Константинополь. А еще когда-то Коцюбей был одним из важнейших портов Польши, и польский король Владислав II опять же отправлял хлеб из Коцюбея в осажденную турками Византию.



* ВОТ БЫ ТАКИЕ ЛЬГОТЫ!
" Слышал, что в Одессе еще до порто-франко была свободная торговля. Это правда?"        О. И. Заславский.

Еще до определения первой (старопортофранковской) а затем и новой линий порто-франко в 1817 году указом Павла I от 24 января 1802 года Одесса была освобождена от податей на 25 лет, в городскую казну поступало 10 % таможенных сборов, а жителям было роздано большое количество земли под сады и дачи.

Такие нововведения не были аналогией порто-франко, но значительно повлияли на быстрый рост и обогащение Одессы. По воспоминаниям современников, промышленные люди начинали торговлю с самыми ничтожными капиталами и со временем приобретали громадные состояния.

* ЧУМКЕ - 185 ЛЕТ
"Сколько человек похоронено под Чумкой, как все было и не опасно ли жить рядом через сто лет?" Анна Сергеевна Гук.

Во-первых, не через сто, а через 185 - сильнейшая третья эпидемия чумы в Одессе началась в августе 1812 года.     Первыми заболели актеры Одесского театрального дома, а уже к 1 сентября от чумы в городе умирали по 20 человек в день. Эпидемия охватила также Тирасполь и Ольвиополь (ныне Первомайск). В октябре в городе было объявлено "сомнительное" положение. Жесточайший карантин длился 46 дней, жителям было запрещено выходить на улицу. Окончательно чуму удалось одолеть лишь под Новый год. По официальным данным, болезнь унесла из жизни 2700 одесситов, все они были похоронены на Чумном кладбище. По другим сведениям, количество умерших достигло 5 тысяч человек.

Потом на кладбище десять лет подряд свозили землю и мусор, отчего и образовалась большая гора - Чумка. Опасности гора сегодня не представляет, хотя никто не посоветует вам ее раскапывать.



* ПЕРВЫЙ БАНК
"Когда в Одессе появился первый банк?"
Сергей Лемешев, студент.


Первый коммерческий банк был открыт в нашем городе в 1801 году. Тогда его капитал составлял 3 миллиона рублей.



* КАК НАЧИНАЛОСЬ СУДОХОДСТВО


"С чего начинается история судоходства на Черном море?"
Николай Игнатов, моряк.

История пассажирского судоходства на Черном море в бывшей Российской империи связана с нашим городом. Первым русским пароходом на Черном море стал пакетбот "Одесса" с 56 пассажирами на борту. Первый рейс "Одессы" состоялся в 1828 году - тогда судно отправилось от пристани Одесского порта в Крым.



* МИНЕРАЛЬНАЯ ВОДА И ФОРТЕПИАНО - КОЛЫБЕЛЬ ОДЕССКОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ
"Какие заводы были первыми в Одессе и что они производили?"
Ирина Савельева, рабочая.


В 1829 году были пущены в ход первые гиганты: фабрика минеральных вод, фортепианная фабрика, переплетная фабрика и канатный завод. Таким образом, можно смело говорить, что тяга одесситов к музицированию, чтению книг и потреблению минеральной воды послужила полчком к развитию промышленности в городе и прилегающих окрестностях.



"МАРУСЯ" - ПЕРВАЯ УКРАИНСКАЯ КНИГА В ОДЕССЕ
"Какая книга на украинском языке была впервые выпущена в Одессе?"
Татьяна Шулина, студентка.


Первая книга на украинском языке была издана в Одессе в 1834 году. Это была повесть в стихах "Маруся" известного собирателя украинских народных песен П. Я. Лукашевича.


* КОГДА ПОЯВИЛСЯ ПРИВОЗ
"Одесса немыслима без Привоза. А когда он начал работу?"
Светлана Огренич, домохозяйка.


Одесский Привоз - самый крупный рынок города - начал работу в 1865 году. И уже вскоре весть о рынке, где есть "все съедобное", разнеслась на весь регион. Как бы то ни было, но тогда на Привозе действительно можно было купить все съедобное. Как, впрочем, и сейчас. Были бы деньги.


* ТОГДА НАС БЫЛО МАЛО


"Сколько было населения в Одессе в первые годы ее основания?"
Наталья Кудрявцева, домохозяйка.


Первая перепись населения в Одессе проводилась в 1797 году, то есть ровно 200 лет назад. Тогда количество проживающих в молодом городе оказалось 3455 человек. Интересно, что более трети из них составили так называемые люди "разного звания", то есть беспаспортные и не имеющие прописки. Как видно, это не помешало будущим одесситам прочно основаться в строящемся городе на всю оставшуюся жизнь.


** Председатель дохлых крыс
Помните эту старую и тоже, похоже, дохлую детскую считалочку: "Шагай прямо-прямо. Там большая яма. Там живет Борис - председатель дохлых крыс"?

Помнится, меня - как будущего краеведа-короеда - уже тогда заинтересовал реальный исторический прототип фольклорного Крысобоя. Первое исследование заключалось в просмотре популярного балета, и я решил, что фамилия председателя дохлых крыс Бориса - Щелкунчик. Открытие меня воодушевило, но не нашло поддержки специалистов.

Прошли годы, прежде чем шагающие, летающие, ползающие и шмыгающие исторические персонажи разбрелись по своим местам. Оказалось, например, что специальность истребителя крыс, тараканов и в особенности клопов ценилась в нашем отечестве невероятно высоко: что-нибудь на уровне нынешнего юрисконсульта или опытного главбуха. По слухам, крысы съели какую-то рукопись Сумарокова, один из вариантов "Бориса Годунова" и пушкинский же дневник первой половины 1820-х. По свидетельствам иностранных дипломатов, клопы населяли даже покои Екатерины Великой.

Один из директоров российского Горного департамента, сколько-то лет колесивший по необъятным просторам, гостиницам и постоялым дворам, до того натерпелся от клопов, что составил довольно любопытное завещание. Солидный капитал, оставшийся после его кончины, был передан в Академию наук - "с тем, чтобы выдавали премию за лучшее сочинение по истреблению клопов в России".

В новостроящуюся Одессу усатые и хвостатые доставлялись контрабандой, минуя все портофранковские рвы, карантины и таможни. Доподлинно известно (установлено лично мной, чем и горжусь!), что так называемые пруссаки даже в третьей четверти девятнадцатого столетия были для Одессы экзотикой. Этимология этого народного термина нуждается в уточнении: по экспортирующей стране? по внешнему облику (усы, мундир)? Научная полемика продолжается..,

Особенно большой урон от крыс и тараканов несли владельцы "английских магазинов" и содержатели гостиниц. Так, в "Английском базаре" братьев Стиффель - на Дерибасовской угол Ришельевской - крысы по ночам колотили роскошные чайные сервизы, сработанные в окрестностях Лондона по одесским заказам. Что до гостиниц и заезжих дворов, их постояльцы отказывались платить по счетам, отправляли по почте домовладельцам письма и бандероли, начиненные клопами и тараканами, и т. п.

Клопоморную и крысобойную революцию удалось организовать с подачи любимца одесситов - знаменитого ресторатора и содержателя "Европейской гостиницы" (в Городском саду, где ныне Научная библиотека ОГУ) Афанасия Федотовича Алексеева, блестящего "Федотыча", превзошедшего в гастрономии даже незабвенного пушкинского любимца Цезаря Оттона. Федотыч пообещал составить протекцию и сделать монополистом такого "истребителя", который очистит его отель хотя бы на один курортный сезон.

Явились два местных соискателя, из немецких колонистов: Фриц Майбах - со Старого базара, "из лавки против еврейских резниц", и Карл Шутц - с Греческого базара. "Добазарились", что фунт отравы пойдет по 80 копеек серебром. Постояльцев временно выселили, а когда возвратили в первобытное состояние, то они разбежались вместо тараканов.

На счастье Алексеева, в Одессу явился скромный оршанский мещанин Аарон Маркович, настоящий кудесник по части "тараканьих бегов". Изобретенное им "верное средство" невероятным образом очистило "Европейскую" на несколько месяцев. Алексеев ликовал. Вскоре большая стая известных предпринимателей опубликовала в местной газете панегирик Аарону-истребителю. Братья Стиффель, Унтилов, Посохов, Матвеев и другие домовладельцы просили Думу назначить зарплату выдающемуся борцу за правое дело
("Одесский вестник", 1867, № 147).

Теперь - внимание! - дело отца продолжил сын... Борис, обладавший тем же замечательным даром изгонять мелких пакостников. Говорят, что никакого "верного средства" не было вовсе. Говорят, что Борис Ааронович "уводил" клопов, тараканов и крыс поротно, насвистывая или наигрывая на дудочке определенный мотивчик. Говорят также, что основные музыкальные идеи "Щелкунчика" почерпнуты П. И. Чайковским близ "офиса" Марковича - "бакалейной лавки в доме Гемерле против Лютеранской церкви"...

** Четвероногий репортер
"Одесские газеты... Они не только систематически и неуклонно ведут войну друг с другом, но прямо изо дня в день, из нумера в нумер, обливают друг друга помоями. Не прощается ни одна опечатка; каждой самой ничтожной ошибке придается государственное значение; сотрудник одной газеты считает своим непременным долгом всячески инсинуировать на другого..."
("Одесский вестник", 1892, № 102).

Начиная с папирусно-пергаментных времен, тема поистине неисчерпаемая. Тем более, что и в девятнадцатом столетии "газетную подписку собирали всякими махинациями, чуть не Христа ради". Вот типологический образчик полемики между двумя "конкурирующими фирмами":

"- Фельетонист ваш вовсе не Лейкин, а Дуралейкин!

- У вас написано, что раздавили собаку. Очень утешительно, что вы не забываете печатать некрологи своих сотрудников...

- У нас нет четвероногих сотрудников с тех пор, как г-н Лейкин перебежал из нашей газеты в вашу!

- Неправда! Я сам видел, как ваш г-н Соколов ходил на четвереньках после возлияния при поднятии флага в яхт-клубе!.."

Кстати, о газетных некрологах. Прибыльные слезные причитания отпугивали отдельных чувствительных подписчиков. Известный одесский публицист как-то жаловался, что уже несколько лет не заглядывает в газеты из-за "так называемого кладбища на первой странице", где является все больше его сверстников. И это вполне резонно, поскольку вслед за драматическими эпитафиями порой печатались такие вот заявления: "Одесское общество крайне возмущено наглою выходкою неизвестного лица, позволившего себе поместить в воскресном номере "Одесского листка" ложное объявление о смерти учителя Мариинской гимназии П. И. Бракенгеймера..."
("Одесский вестник", 1892, № 133).

А как насмехались над "коллегами" журналисты "Одесских новостей", когда те вовремя не сняли с газетной полосы объявление умершего рекламодателя: "Одна местная газета получает заказы на объявления с того света. Здесь и Сидель Берг, мышей и крыс истребитель, хотя он давно уже успокоился могильным сном, но все-таки беспокоит читателей объявлениями о том, что он с успехом занимается этим делом уже более 30-ти лет и имеет массу аттестатов от многих высокопоставленных лиц,
и истребляет на весьма выгодных условиях".

Что до курьезных текстов и объявлений, то им, как говорится, несть числа:

"На днях в Одессу прибудет "Археологический кабинет", в котором между множеством редкостей находится и два черепа Александра Македонского. Один череп этого знаменитого человека, когда он был еще маленьким, и другой - когда он сделался большим... Нас извещают из Лондона, что там сгорела фабрика несгораемой бумаги, Весь склад несгораемой бумаги, приготовленной для продажи, сделался жертвою пламени"
("Одесский вестник", 1875, № 124).

В другой раз эта газета сообщила, что в Риме, на дне рождения у Папы, побывала депутация одесситок-католичек, в составе 83 особ, по числу прожитых каждой лет, от года до восьмидесяти трех. На что "конкурирующая фирма" возразила, что разумнее было бы таким же манером поздравить со 100-летием Басю Хасензон, каковая пользуется
в Одессе не меньшим авторитетом, нежели 83-летний Папа.

Однажды два известных городу именитых лица оспаривали между собой право называться владельцами породистой гончей. Один называл ее Пальмой, другой сманил псину и нарек Цыганкой. Когда первый вернул пропажу, то на ней оказался ошейник с надписью: "Цыганка, принадлежит члену окружного суда Набокову". Тотчас же в газете появилось следующее сообщение: "Заявляя о том-то и том-то, покорно прошу г-на Набокова прислать за получением своего ошейника"
("Одесский вестник", 1870, № 224).

Объявление дальновидного присяжного поверенного: "Во избежание недоразумений и для правильной работы защиты, прошу моих клиентов уведомлять меня за три дня до происшествия"  ("Одесский вестник", 1874, № 243): как это похоже на городничего, рекомендовавшего пожарной команде являться на место за час до возгорания. Вернувшаяся после веселой ночи барынька смиренно просит вернуть "утерянный на пути по Екатерининской улице дамский ботинок" ("Одесский вестник", 1875, № 102).

В доме Папудова "дешево продаются: пароход, велосипед, модель локомотива, ружье, револьвер, скрипка, шуба дамская лисья и кунья, часы серебряные и золотые"
("Одесский вестник", 1874, № 278).

Одинокий "бульдог ищет такой же компаньонки; желающую воспользоваться просят оставить свой адрес в конторе редакции или узнать там же"
("Одесский вестник", 1870, № 10).

Ищут свою судьбу и крупно-рогатые: "Продается за излишеством черная корова тирольской породы; видеть ее можно и о цене спросить в новом доме г-жи Крамаревой..."        ("Одесский вестник", 1843, № 39).

Но вернемся к междугазетной полемике и проблеме подписки.
Один специалист в области палеоклиматологии утверждает в своей статье, что погода в историческое время существенно не менялась.
"А как же Цицерон, - возражает оппонент из вражеского печатного органа, - в своих "Комментариях" пишет, что в марте Юлий Цезарь перешел Рейн по льду? Когда же теперь Рейн замерзает в марте?".
Не найдя что возразить, климатолог при личном свидании вопрошает фельетониста, где именно об этом говорит Цицерон. На что, естественно, получает новую газетную реплику: "А нигде. Да я "Комментариев" и не читал, но знал, что не читал их и мой ученый оппонент..."

Впрочем, все эти курьезные мелочи и составляли живую душу всякой газеты. А потому однажды "Новороссийский Телеграф" не побоялся поместить следующее объявление: "Контора редакции сим доводит до сведения своих подписчиков, что все недовольные газетой и считающие ее не стоящей уплаченных денег могут во всякое время получить в нашей конторе подписные свои деньги обратно". Любопытно, отважился ли бы сегодня кто-нибудь на подобный эксперимент?..

** "Одесса - город юристов", - писала местная газета еще за четверть века до столетия города. И в самом деле, одесские присяжные поверенные справлялись с любыми нестандартными, казусными обстоятельствами судебных дел и сумели бы оправдать не только банального Бармалея, но и изощренного Герострата или, скажем, Синюю Бороду.

...В начале семидесятых годов прошлого века к нам приехал антрепренер, демонстрировавший изумленной публике "говорящую голову". Нуждаясь в деньгах, он занял сорок рублей серебром, обязуясь в случае несостоятельности "отдать заимодавцу живую говорящую голову". Долг в срок уплачен не был, и мировой судья в растерянности размышлял о том, как отдать кредитору голову, которая принадлежит искусно спрятанному человеку. И лишь благодаря веским доводам адвоката "говорящая голова" осталась на плечах своего владельца.

Двадцатью годами позднее объектом судебного разбирательства была уже не отдельно взятая голова, а только челюсти. Истица, госпожа Крыжановская, требовала у ответчика, стоматолога Юзефовича, 25 рублей за "нехорошо сделанные им зубы, которые она не могла носить". Адвокат пригласил врача-эксперта, показавшего, что "зубы исполнены хорошо". Истица потребовала независимого эксперта. Тот явился, но тогда Крыжановская заявила, что "сказанные зубы она утеряла". Как ни заговаривала дама зубы, в иске ей было отказано.

В те же годы некто А. Каценеленсон предъявил 500-рублевый иск к куплетисту Благородного собрания Циммерману. "В прошении истец Каценеленсон жалуется на то, что г-н Циммерман в свой бенефис копировал перед публикой его фиrypy, изображая его, Каценеленсона, в самом смешном виде, чему он и приписывает успех бенефиса Циммермана, и требует от последнего вознаграждения в вышесказанном размере..." ("Одесский вестник", 1892, № 240).

То и дело находишь казусные судебные сюжеты: "Дело по прошению графини Аделаиды Гудович о понуждении мужа ее к совместному с ней жительству", "Дело по обвинению запасного рядового С. Абрамовича в богохульстве", "Дело о содержателе свадебной залы, который забрал весь свадебный ужин, требуя от новобрачных денег" и т. п.

Занимательно дело "о неприличном поведении петуха жильца в отношении кур домовладельца". Петух-топтун принадлежал портному, арендовавшему квартиру в доме означенного домовладельца, точнее - малолетним детям, опекуном которых он являлся. В блистательной речи адвоката указывалось, что портной-наседка не в силах контролировать непристойности птицы, а также не вправе распоряжаться ею до совершеннолетия законных владельцев, почему петух и неподсуден.

Слава неподсудного петуха меркнет в сравнении с подвигами одной ручной вороны, оказывавшей содействие одесской полиции. Так, однажды она доставила своему дрессировщику, а тот - в камеру мирового судьи солидную пачку ассигнаций. Дело в том, что местные карманники облапошили очередного клиента, а когда раскрыли портмоне, ворона спорхнула с насеста и выхватила добычу. Получив назад дорогую пропажу, "обворованный пообещал вороне булок на целых 15 копеек"                               ("Одесский вестник", 1869, № 184).

Печально, несмотря на все старания защиты, завершилось "Дело по обвинению Макара Чепцова в краже вареных раков". Проходя по Слободке с дарами Бахуса и товарищем под мышкой, Чепцов обратил свой страждущий взор на соблазнительную свежесваренную закуску. Присяжные было вошли в положение, но тут выяснилось, что Чепцов и ранее дважды судился, в том числе за кражу… икры
("Одесский вестник", 1892, № 55).


** "Наш общий дом - поистине дом терпимости",
- язвил известный одесский фельетонист. Обитатели юной Одессы притерпелись ко всему: к сальным плошкам и анекдотам, привозной воде и холере, выгребной ассенизации и гребной флотилии, оползням и поползновениям ночных красавиц, "совершавших свои амбуляции по центральным улицам". И когда чаша терпения переполнилась, местные СМИ запестрели заголовками: "Скабрезные места города", "Последняя жертва общественного темперамента" и т. п. Моралисты на общественных началах сурово бичевали разухабистых эрекционеров, расслабляющихся под канкан, "наигрываемый на скрипках, свиристелки и песни, возмущающие цинизмом своих слов". Наиболее радикальные борцы за народную нравственность переходили к активным действиям.

23 августа 1870 года средь бела дня от содержателей дома терпимости
на углу Спиридоновской и Кривой улиц поступило сообщение, "что двое русских производят у них в заведении скандал: бьют женщин, двери и окна" ("Одесский вестник", 1871, № 241).

Хулиганили крестьяне Сидоров и Филькин, причем последний оказал сопротивление полиции, "бил казака Киреева и порвал на нем штаны и казакин". Мещанин Ошер, жена его Ривка и их многочисленные сотрудницы тоже были биты. Но, как показали свидетели, все началось с того, что одна из "терпимиц" стащила с Филькина пальто, тот с товарищем отправились выручать пальто в дом, а оттуда выскочили, "сопровождаемые публичными женщинами, вооруженными палками".

Всего веселых домов насчитывалось шестьдесят с небольшим. Что касается их топографии, современник констатировал: "Обитательницы пансионов без древних языков преспокойно сидели целые дни в открытых окнах даже на таких улицах, как Почтовая, зазывая проходящих".

В доме терпимости, содержимом мещанкою Машкович (на Дегтярной улице в доме Домбровского), на стене висела "карта поцелуев", составление каковой приписывается насельнице этого заведения Марии Чайковской:
"Монашки различают 15 категорий поцелуев:
1) пристойные, или скромные;
2) диагностические;
3) политические;
4) антиалкоголические;
5) подневольные;
6) покаянные;
7) туфельно-ботиночные, или подкаблучные;
8) санкционированные;
9) оплаченные;
10) благочестивые;
11) академические, или корпоративные;
12) иудины;
13) терапевтические;
14) этикетные;
15) экспериментальные. Последние отпускаются безвозмездно".

Дошло до того, что вопрос об уничтожении домов терпимости дебатировался в комиссии городской думы. "По этому поводу, - как уточняется в отчете, - гг. Базили и Бродский (авторитетнейшие гласные, почтенные отцы благородных семейств. - О. Г.), как не разделившие убеждения большинства членов комиссии, остались при своем мнении". Верх, однако, взяло как раз это конструктивное меньшинство: "терпимость" осталась на прежнем уровне.

Затем была создана Комиссия по обзору и устройству домов терпимости. Из отчета этой комиссии, лишенного привкуса благовоспитанной брезгливости, можно узнать, что "ознакомлено с 316-ю публичными женщинами", в том числе "со следами свежих побоев, нанесенных мужьями хозяек заведений". Согласно регламенту, содержательница должна быть бальзаковского возраста, но не старше пятидесяти пяти; число обитательниц не должно превышать десяти; в доме дозволялось строго определенное "число фортепьян и другой музыки"; хозяйка обязывалась сытно кормить и прилично одевать своих сотрудниц и никак их не притеснять. Невзирая на мнимые коврижки, "одесские бабочки" с огромным удовольствием улетали по контракту в Турцию, откуда их "выписывали".

…Вспоминается другой забавный эпизод "выписывания по прейскуранту". Тогда в степи обнаружили древнюю каменную бабу, и вот эту бабу надлежало отправить с какой-то железнодорожной станции в Одессу.
Милейший и интеллигентнейший работник археологического музея Э. И. Диамант сочинил уникальный текст телеграммы, который с большим недоумением обсуждали сначала на одесской почте, а потом по месту получения.
Он был лаконичен: "Пришлите бабу Диамант".





Песни про Одессу

Песни про Одессу

Коллекция раритетных, колоритных и просто хороших песен про Одессу в исполнении одесситов и не только.

Отдых в Одессе

Отдых в Одессе

Одесские пляжи и курорты; детский и семейный отдых; рыбалка и зелёный туризм в Одессе.

2ГИС онлайн

Дубль Гис

Интерактивная карта Одессы. Справочник ДубльГис имеет удобный для просмотра интерфейс и поиск.

Одесский юмор

Одесский юмор

Одесские анекдоты истории и диалоги; замечательные миниатюры Михаила Жванецкого и неповторимые стихи Бориса Барского.