Чем бы дитё не тешилось, лишь бы не вешалось

Раздел - «Крошка Цахес Бабель»

Когда-то по Одессе ходила такая хохма. Кроссворд. Русская народная забава из шести букв. Правильный ответ — погром. Сейчас у россиян-лингвистов появилась иная забава. Они стали сочинять теории по поводу слов, не попавших на страницы словарей вплоть до настоящего времени. Либо слов, имеющих в словарях совершенно иные значения, нежели при нынешнем применении их в устной речи.

Российская «Культура письменной речи» публикует материал «О происхождении «лажи». Это слово «обрело в наши дни столь необычайную популярность, что составители нового «Толкового словаря современного русского языка» были вынуждены посвятить ему отдельную статью… Слово «лажа» — обман; ложь».

Говоря одесским языком, составители вышеназванного словаря облажались. Сто с большим гаком лет назад неизвестное в России слово «лажа» было в Одессе синонимом русскоязычной «маржи». Итальянское слово «лажио» одессифицировали столичники (в русском языке — менялы). Со временем «лажа» обрела значение «плохо»; «нехорошо» и т. д. Облажаться (лажануться) — ошибиться; опростоволосится. Функции же «обмана; лжи» на самом деле выполняет не «лажа», а «локш». В России давно известно некогда исключительно одесскоязычное выражение «вешать лапшу на уши». Выражение «локш» образовано от слова «локшына», которое переводится на русский язык как «лапша».

Очень многое можно было бы еще рассказать по поводу импортных теорий относительно недавнего появления в русском языке такого слова, как «пиндос». Или образованной в 1833 году одесской аббревиатуры ЧМО (в Одессе давно нет ЧМО, зато все еще имеется ШМО, а не так давно появилась ЧМА). Но вернемся к упомянутому в связи с именем «истинного ценителя и главное, знатока одесского языка» Бабеля слову «жлоб», по поводу которого россияне написали куда больше, чем, скажем, по поводу «бича» (выражение «лонг-бич» пока в России неизвестно).

И в словаре Даля, и в словаре Ожегова, который вышел в 1949 году, слово «жлоб» трактуется одинаково — жадный; скряга. А теперь небольшой тест: назовите хоть одно произведение русской литературы, написанное до упомянутого года, где это слово употребляется в любом из значений: «не имеющий представления об элементарных нормах приличия», «хам», «деревенщина», «сволочь», «быдло», «наглец», «крестьянин», «приезжий», «провинциал». Не старайтесь, ибо это слово не в русскоязычном значении стало появляться на страницах российской литературы лишь в конце прошлого века. Например, в романе Ю. Семенова «ТАСС уполномочен заявить», где «жлобом проклятым» именуют…алкоголика. Зато В. Кунин в самом конце девяностых щегольнул в «Иванове и Рабиновиче» старинным одесским выражением «Жлоб с деревянной мордой». Эту же фразу можно прочесть и в рассказе «Соль». «Жлоб с деревянной мордой», — сказала она и разревелась».

Обоснованно предполагаю: если бы эта крылатая фраза одесского языка была написана в «Соли» Бабеля, российские лингвисты не ломали бы сегодня копья по поводу появления иной, нежели у Даля и Ожегова, трактовки слова «жлоб». Но в данном случае речь идет о «Соли», написанной современником И. Бабеля, одесским писателем А. Батровым.

Одесский язык, знай его российские лингвисты, мог бы прояснить им многое. И тогда бы, к примеру, В. Шаповал не написал бы в своей статье «Псевдоархаизмы в словарях жаргона» по поводу редкого слова «гиль», ссылаясь на один из моих романов. А ведь это слово и его производные уже второй век, как наличествуют в одесском языке. Нормами одесского языка давно пользуются не только литераторы-одесситы. Украинский писатель Ю. Мушкетик в «Обвале», вышедшем в том же году, что и роман Ю. Семенова, запросто применяет слова одесского языка. «Жлобы, они есть везде…гилят, кугуты, за килограмм белого налива по два рубля. Да у меня дома его, как теперь говорят, навалом». Вот вам и «жлоб», и «навалом», и «гилят», то есть «чересчур завышают цену», что же до «кугута» — то это «жлоб в квадрате».

Задолго до того, как В. Высоцкий спел «Выходили из избы здоровенные жлобы», К. Паустовский написал: «Над городом властвовал порт с его люмпенами — грузчиками, босяками и жлобами». «Во время Отечественной войны шумные и легкомысленные одесситы, любители этих песенок, те, кого еще недавно называли «жлобами», спокойно и сурово, но с неизменными одесскими шуточками дрались за свой город с такой отвагой и самоотверженностью, что это поразило даже врагов». Живший в двадцатые годы в Одессе московский писатель К. Паустовский употребляет слово «жлобы» отнюдь не в русскоязычном значении.

Заглянем в тексты одесских писателей начала двадцатого века, когда «жлоб» в русском языке означал исключительно «скряга». «Скучно тебе должно быть с этими жлобами?» (Л. Кармен, 1902 г.). Лазарь Кармен еще в девятнадцатом веке использовал в своих произведениях слово «жлоб» в значениях «наглец», «хам», «поселившийся в Одессе». «— Жлобы, — говорит она. — Что это вам, танцкласс?» (И. Ильф, 1923 г.). «— Вы, кабальеро, жлоб и невежда». (В. Жаботинский «Пятеро»,1936 г. Роман был опубликован на родине Жаботинского в 21 веке.) «Босяки, нищие, жлобы, а еще занимаются политикой» (В.Катаев). «Жлобы, что вы кричите?», — обращается артист к публике в мемуарах Л. Утесова.

«— Юра, не тяни. Иначе я сам подойду к этому варшавскому жлобу и скажу, что ты его внебрачный сын. — Ты сам порядочный жлоб. Обозвать меня бастардом!». Это в тридцатые годы беседуют на высокопоставленном приеме в честь выдающегося польского художника одесского производства писатели Катаев и Олеша. (Я. Хеменский «Пан малярж»).

Безнаказанно назвать одессита «жлобом» может только близкий ему человек, да и то далеко не всегда. Когда в начале шестидесятых в Одессе аж за Лузановкой стали строить жилмассив имени Котовского, одесситы тут же окрестили его Жлобоградом. По причине того, что одним из синонимов слова «жлоб» в одесском языке является слово «приезжий». И это слово не имеет ничего общего со значением его русскоязычного аналога.

В. Жаботинский писал в начале тридцатых годов в Париже: «Слово «приезжий»…надо было послушать, с какой интонацией произносили его когда-то иные из моих земляков… Надуть? Меня? Что я, приезжий?». Непереводимо; или надо сложить вместе понятия «провинциал», «троглодит», «низшая раса» — только тогда получится нечто подобное этому эпитету, которым отстранялся когда-то за межу цивилизации, без различия, человек из Херсона или человек из Петербурга».

На нашей улице жил старик, поселившийся в Одессе в начале двадцатых годов прошлого века. Если он делал что-то не то с точки зрения соседей, они, в конце шестидесятых, пропагандировали: «Шё ж ви хотите с-под Вани? Он же ж приезжий!». Если вы думаете, что сегодня одесситы перестали пользоваться этим словом, то ошибаетесь. Разве что заменяют его «жлобом». «У нас в доме теперь одни жлобы, — поведала мне мама после массового приема «Фураина» нашим двором, — и такие хорошие люди». «Шё я вам хочу сказать: в Одессе стало навалом жлобов», — писал Бог весть еще когда с подачи двух хохмачей А. Айзенберг.

А «жлобская колбаса»? Так еще в восьмидесятые называли домашнюю колбасу, которой торговали колхозники на одесских привозах. «Келбас «Жлоб»», — провозгласил буквально вчера мой приятель, накрывая стол после рыбалки. В нынешнем веке ценники «Жлобская колбаска» и «Колбаса украинская «Жлобская» украшали витрины не только Брайтона.

В общем, если бы «писавший на живописном одесском языке Бабель» хоть раз употребил слово «жлоб» не в значении «зажимконторы», современным российским лингвистам пришлось бы ограничиться сочинением теорий происхождения таких исконно русских слов как «понт», «пиндос» или «чмо».


Похожие страницы:
Свежие страницы из раздела:
Предыдущие страницы из раздела:

Песни про Одессу

Песни про Одессу

Коллекция раритетных, колоритных и просто хороших песен про Одессу в исполнении одесситов и не только.

Отдых в Одессе

Отдых в Одессе

Одесские пляжи и курорты; детский и семейный отдых; рыбалка и зелёный туризм в Одессе.

2ГИС онлайн

Дубль Гис

Интерактивная карта Одессы. Справочник ДубльГис имеет удобный для просмотра интерфейс и поиск.

Одесский юмор

Одесский юмор

Одесские анекдоты истории и диалоги; замечательные миниатюры Михаила Жванецкого и неповторимые стихи Бориса Барского.