Шахтёры стояли насмерть на подступах к Одессе

Посоветовавшись с членом Военного совета ООР бригадным комиссаром И.И. Азаровым, понимая, что другого выхода нет, командующий войсками оборонительного района Г.В. Жуков принимает решение послать на передовую эти маршевые роты, и приказывает комиссару 1-го батальона 2-го морского полка С.И. Бондаренко подготовить их к бою. В соответствии с приказом Г.В. Жукова, каждый боец был вооружен гранатами в количестве не менее 5-ти штук.

Пополнение из шахтёров Донбасса прибыло в осаждённую Одессу всего за день до описываемых событий, вместе с двумя отрядами моряков-добровольцев: в 1-м - до 600 человек, во 2-м - до 700 человек. Эти морские отряды были сформированы флотом в Крыму в сжатые сроки для пополнения сухопутных частей Одесского оборонительного района. И прибыли в Одессу из Севастополя утром 22 августа на кораблях Черноморского флота – крейсере «Красный Крым», эсминцах «Дзержинский» и «Фрунзе».

Хорошо вооруженных моряков-черноморцев сразу же распределили по воинским частям Западного и Южного секторов обороны, а стремившихся попасть на передовую не вооруженных шахтеров-добровольцев временно определили в 1-й батальон 2-го морского полка, который в то время был учебным полком Одесской военно-морской базы. Здесь они в кратчайшие сроки должны были стать особым родом войск, морской пехотой – наводящими ужас на врага «черными дьяволами». Для шахтеров пройти это перевоплощение было не сложно, потому как выходцы из горняцкой среды всегда обладали высокими воинскими качествами. Тяжелый и опасный труд шахтеров в мирное время, чем то похож на бои с врагом на фронте.

Даже враг отмечал особую силу духа именно моряков и шахтеров, как бы выделяя их среди всех остальных воинских и гражданских специальностей. Прислушаемся к «экспертному мнению» самих немцев, которые, по свидетельству летописца, созданных в Донбассе осенью 1941 года «шахтерских полков», Виктора Андриянова, выпустили во время битвы за Кавказ приказ следующего содержания: «Моряков и шахтеров в плен не брать, а немедленно уничтожать».

Но вражеское наступление не оставило времени на серьезную военную подготовку и одетым в тельняшки, добровольцам Донбасса в боевых условиях больше пришлось полагаться на лучшие человеческие качества выработанные мужественной шахтерской профессией – отчаянное упорство, железную стойкость и могучую волю. Шахтеры из пополнения, как физически, так и морально были крепкими людьми. Некоторые уже успели пройти закалку в боях, имели опыт Финской войны и сражений на Халхин-Голе. Другие просто отслужили в разные годы свой срок в армии и на флоте…

Командиром отряда шахтёров был назначен старший лейтенант Силин, политруком – И.А. Пронин. Когда сели в машины для переброски группы в Восточный сектор обороны Одессы в распоряжение командира 1-го морского полка Якова Осипова, шахтёры запели:

- Слушай, рабочий,
Война началася,
Бросай свое дело,
В поход собирайся…

В ночь с 23-го на 24-е августа

Используя известные на сегодняшний день сведения, можно поэтапно восстановить ход событий 23 августа 1941 года в районе 412-й батареи.

Машины с шахтерами-добровольцами, выехав из расположения 2-го морского полка и оставив позади одесские улицы, направились в Восточный сектор, к позициям, обороняемым силами 1-го морского полка.

Перед мостом у села Новая Дофиновка колонну остановили пограничники и на подножку первой, командирской машины, устроился проводник – старик в мичманке, местный житель. Он сказал, что ему поставили задачу показать дорогу к 412-й батарее.

Колонна с потушенными фарами мчалась дальше по Николаевской дороге, в сторону Чебанки.

Вскоре впереди стали хорошо видны взрывы и светящиеся цепочки трассирующих пуль. Там шел бой…

Не доезжая до дороги к 412-й батарее, колонна машин была обстреляна, видимо, румыны издали услышали шум моторов. Шахтеры спешились и прошли вперед. На самой дороге, на обочинах и рядом с дорогой, было много румын. Шахтеры, внезапно для них бросились в атаку, применили гранаты, а командиры короткими очередями из своих автоматов, начали расстреливать вражеских солдат, и хотя среди румын началась паника, стрельбу по шахтерам они открыли.

Наши бойцы смешались с румынами, и, орудуя саперными лопатками, ножами и кулаками, перешли в рукопашную. Бой был скоротечным. В ходе боя погиб командир отряда – старший лейтенант Силин. Его заменил политрук Пронин, но и он был тяжело ранен. Команду на себя принял какой-то шахтер, которого знал весь отряд. В этой своей первой схватке на Николаевской дороге добровольцы-шахтёры разбили румын. Под руководством нового командира оставшиеся шахтеры построились, и, по его команде, с криками «ура», уже с оружием в руках, которое отобрали у врага, бросились в атаку на румын, окруживших батарею. Не выдержав яростного натиска, бросив своих раненых и убитых на поле боя, румыны стали беспорядочно отступать, приняв отряд шахтеров за крупную воинскую часть. Разгром деморализованного противника довершили моряки 1-го морского полка.

Важное значение для воссоздания целостной картины событий произошедших в районе 412-й батареи, в ночь на 23 августа 1941 года, имеют воспоминания ряда участников обороны Одессы. В частности воспоминания сержанта Федора Сергеевича Задои, воевавшего в те дни на 412-й батарее.

Федор Сергеевич сообщает, что в ночь на 23 августа батарея была окружена, и весь личный состав отражал беспрерывные атаки в сотне метров от орудий. Тяжелый бой шел и у командного пункта батареи возле моря. Наступление румынских пехотных частей было поддержано плотным минометным и пулеметным огнем, на батарее уже были раненые и убитые.

Ф.С. Задоя отвечал за связь и за минирование. Но связи с командованием в Одессе в этот период не было. Ситуация складывалась так, что, несмотря на отчаянное сопротивление защитников, румыны, действительно, могли захватить батарею. К уничтожению 412-й личный состав готов не был, к тому же бойцы всего за день до этого поменяли стволы орудий, и все еще надеялись на помощь.

Вдруг в районе Николаевской дороги начался бой. Видны были разрывы гранат, слышны взрывы и стрельба. Штурм батареи прекратился, а бой в районе дороги еще некоторое время продолжался, но затем полностью затих. Защитники батареи поняли, что пришла помощь, и были уверены, что это моряки 1-го морского полка. Тем временем рассвело, а на батарею никто не шел.

Несколько батарейцев, в том числе и сержант Задоя, осторожно подошли к месту боя и увидели жуткую картину. Перед дорогой, в траве, в кустах, лежали трупы румынских солдат с разрубленными головами, плечами, тела погибших наших бойцов в тельняшках, слышны были стоны раненых, ругань, призывы о помощи…

Повсюду на земле валялись румынские винтовки. У наших погибших бойцов в руках были зажаты окровавленные саперные лопатки, ножи, и те же румынские винтовки с разбитыми прикладами. Дальше по дороге, несколько раненых бойцов, опираясь на винтовки, ходили, искали своих, и перевязывали друг друга. На обочине дороги сидел старый, с бородкой, боец в мичманке, ему другой боец перевязывал плечо. На груди старика была татуировка – двуглавый орел держал в лапах якорь. Старик попросил закурить, а потом сказал, что надо найти нового командира – шахтера, он где-то здесь лежит, может жив. Старый моряк был местным жителем, смотрителем какого-то маяка. Он подсел в селе, чтобы показать дорогу к 412-й батарее, но тоже пошел в бой вместе со всеми.

Вскоре Ф.С. Задоя был вызван командиром для того, чтобы наладить связь с Одессой. Взвалив на плечи одного раненого, он ушел на батарею. Позже, бойцам батареи рассказали, что их спасителями были шахтеры из города Сталино, которые ценой своей жизни спасли не только батарею, но и Одессу....

Сведения о подвиге донецких шахтеров сохранились в воспоминаниях ветеранов, в специализированной литературе посвященной обороне города-героя. Достоверность описанных событий, объективность фактов изложенных в мемуарах И.И. Азарова и других ветеранов обороны Одессы, подтверждается материалами архивных документов Центрального военно-морского архива Министерства Обороны Российской Федерации