День 49 - 22 сентября, понедельник

Раздел - Героическая оборона Одессы

В эту ночь истекало ровно три месяца с начала войны. Обстановка под Одессой в целом благоприятствовала осуществлению плана советского командования. Морской десант достиг района высадки. Заканчивалась проверка готовности частей Восточного сектора к наступлению во взаимодействии с приданными и поддерживающими частями. Все с напряжением ждали сигнала «вперед».

В 1 час 25 минут корабли открыли мощный артиллерийский огонь по районам Чебанки, Григорьевки, Биляр, Шицли, Визирки, Старой и Новой Дофиновки. Три минуты спустя летчик 18-го транспортного отряда Черноморского флота старший лейтенант С. П. Гаврилов на самолёте ТБ-3 доставил и выбросил в районе Шицли воздушный десант в составе 23 краснофлотцев во главе со старшиной И. А. Кузнецовым.

Перед началом высадки десанта в Григорьевке был предпринят отвлекающий маневр - шесть «морских охотников» имитировали высадку десанта в районе Аджиаски.

В 1 час 35 минут началась высадка морского десанта - первого десанта на Черном море в Отечественную войну. Погрузилась на барказы и первой высадилась на скалистый берег рота 3-го полка морской пехоты под командованием младшего лейтенанта И. Д. Чарупы. Вместе с ней был и комиссар батальона Прохоров. Развернувшись в боевой порядок, рота стремительным броском захватила Григорьевку, обеспечив плацдарм для высадки всего десанта.

Сразу же началась посадка на баркасы других подразделений десантного полка. Большая осадка баркасов затрудняла подход к берегу. Бойцы и командиры в 100 - 110 метрах от земли прыгали в воду и с поднятым над головой оружием, нередко по грудь в холодной осенней воде, шли к цели.

Все десантники, высаживаясь на берег, должны были иметь трехдневный запас продовольствия и определенное количество патронов. Однако многие краснофлотцы, оставив на кораблях свой паек, брали двойную норму боеприпасов.

Примерно через полчаса после прибытия эскадры стали подходить основные высадочные средства Одесской военно-морской базы. Темпы переброски морских пехотинцев с кораблей на берег ускорились. К 5 часам утра высадка десанта была в основном завершена. Крейсеры «Красный Кавказ» и «Красный Крым» сразу ушли в Севастополь, а эсминцы «Бойкий», «Безупречный» и «Беспощадный» остались для артиллерийской поддержки десанта.

Тем временем в тылу врага начали решительно действовать наши парашютисты. Краснофлотцы М. Бакланов, Ф. Воронков, Г. Елисеев, А. Котиков, П. Литовченко, Р. Перепелица, В. Чумичев и другие уничтожили пять линий проводной связи, чем в значительной мере нарушили управление войсками противника.

Парашютист-комсомолец М. М. Негреба один уничтожил крупный штаб противника. Михаил Макарович впоследствии вспоминал:

«... Прямо на меня мчались четыре всадника. Они спешились у домика, привязали лошадей к изгороди и нырнули куда-то вниз. Я пополз и увидел возле домика погреб. У входа стоял часовой. Он зевал и явно скучал. Покинув пост, часовой подошел к лошадям. Воспользовавшись этим, я проскочил к погребу. Было ясно слышно, как звонил телефон и кто-то говорил грубым, резким голосом на чужом языке. В окно я увидел посреди погреба стол. За ним сидели несколько офицеров, склонившись над картой. Понял, что это вражеский штаб. Я поднял гранату, отодвинул предохранитель, и... не бросил её: одной гранаты для такого важного учреждения маловато. Вынув еще три, связал их вместе ремешком и метнул этот увесистый «букет» в окно. Раздался оглушительный взрыв, лошади сорвались с привязи и убежали, а часовой упал».

За свой подвиг краснофлотец М. М. Негреба был награжден орденом Ленина.

После выполнения боевого задания авиадесантники соединились с 3-м полком морской пехоты.

Морской десант явился полной неожиданностью для противника. Вражеские подразделения, охранявшие берег, были парализованы массированным огнём корабельной артиллерии, действиями парашютистов, стремительностью натиска морских пехотинцев. Они обратились в бегство, бросая оружие и снаряжение.

Десантники развивали наступление. 3-й батальон 3-го полка морской пехоты под командованием старше го лейтенанта И. Ф. Матвиенко продвигался к Старой Дофиновке, а 1-й батальон капитана Б. Л. Михайлова - к Чебанке и Новой Дофиновке, имея целью соединиться с войсками Восточного сектора обороны. Во втором эшелоне наступал 2-й батальон во главе с начальником штаба полка майором П. В. Харичевым.

Чтобы облегчить действия десанта и изготовившихся к наступлению войск Восточного сектора, авиация Черноморского флота в 4 часа утра 22 сентября нанесла бомбовые удары по резервам противника в районах Свердлово и Кубанки. В 7 часов утра она бомбила второй его эшелон у совхоза Ильичевка, Гильдендорфа, Александровки. В это же время истребительная авиация оборонительного района штурмовала вражеские аэродромы в районах Бадена и Зельц. Было уничтожено свыше 20 самолётов, много неприятельских летчиков. Особо отличились летчики 69-го полка майор Ю. Б. Рыкачев, старший лейтенант А. Т. Череватенко и другие.

В 7 часов 30 минут началась артподготовка, длившаяся до 8 часов утра.

В соответствии с общим планом контрудара основную роль в этой комбинированной операции должны были сыграть войска Восточного сектора. В 8 часов утра, после бомбовых ударов авиации и артиллерийской подготовки, части 421-й и 157-й стрелковых дивизий поднялись в атаку и начали продвигаться в общем направлении на Свердлово, Александровку, Гильдендорф. Среди бойцов царил небывалый подъем, вызванный переходом от изнурительных оборонительных боев к наступательным действиям.

421-я стрелковая дивизия наступала силами 1330-го и 54-го стрелковых полков (1331-й полк продолжал оборонять участок между Куяльницким и Хаджибейским лиманами). На её участке находилась группировка противника в составе 15-й пехотной дивизии, 1-й кавалерийской бригады и 13-го отдельного пулемётного батальона. Наши части продвигались в направлении совхоза имени Ворошилова, Александровки, Болгарки.

157-я стрелковая дивизия наступала пятью батальонами 716-го и 633-го стрелковых полков (3-й батальон 633-го полка прибыл в Одессу лишь утром 22 сентября л в этот день не смог принять участия в боях, а 384-й полк находился в армейском резерве). Дивизии противостояли 13-я румынская пехотная дивизия и отдельный пулемётный батальон. Главный удар 157-я стрелковая дивизия наносила на своем левом фланге в направлении Гильдендорфа и совхоза Ильичевка. Наступление обеих дивизий поддерживали танки, полевая и корабельная артиллерия.

Путь наступающим дивизиям преграждали вражеские дзоты, окопы, проволочные заграждения и приспособленные к обороне каменные дома. Противник оказывал ожесточенное сопротивление. Но ничто не могло сдержать наступательный порыв наших войск. Бойцы и командиры, проявляя исключительное мужество, неудержимо продвигались вперед.

Когда комиссар 1330-го полка 421-й дивизии В. И. Митраков был тяжело ранен, его заменил старший политрук И. Н. Демьянов. В самый напряженный момент боя он поднял бойцов в атаку.

Командир 1-й роты этого же полка лейтенант Семин с тремя бойцами огнём станкового пулемёта отразил контратаку превосходящих сил врага. Противник оставил на поле боя много убитых солдат и офицеров. Будучи дважды раненным, Семин продолжал вести роту в наступление. Вражеская мина оборвала жизнь героя. Бойцы поклялись жестоко отомстить врагу за смерть любимого командира.

Взвод 633-го стрелкового полка 157-й дивизии, которым командовал младший лейтенант И. Захаров, был встречен сильным ружейно-пулемётным огнём, но он не остановил советских воинов. Бойцы забросали гранатами противника и пошли в штыковую атаку. Сам Захаров метким броском гранаты уничтожил четырех и заколол штыком трех вражеских солдат. В ходе сражения он был ранен, но продолжал командовать взводом.

Красноармеец 633-го стрелкового полка комсомолец Архипов во время атаки оказался лицом к лицу с четырьмя солдатами противника. Последней гранатой он уничтожил их, но к нему бросились еще несколько вражеских солдат, которые стали окружать Архипова. Оставшись без патронов и гранат, отважный и находчивый боец не растерялся: выхватив из кармана пластмассовую мыльницу, он стал размахивать ею, словно готовясь к броску гранаты. Вражеские солдаты обратились в бегство, но были взяты в плен нашими бойцами, подоспевшими на помощь своему товарищу.

Неприятельские войска не смогли устоять перед сильным натиском наших дивизий, и вскоре их сопротивление было сломлено. Бросая на поле боя убитых и раненых, вооружение, боеприпасы, снаряжение, противник беспорядочно отступал в северном направлении.

К 10 часам утра 421-я дивизия вышла на рубеж: западная окраина Фонтанки, совхоз Ильичевка, шоссе Одесса - Николаев; к 13 часам 30 минутам части 157-й стрелковой дивизии овладели совхозом Ильичевка и Гильдендорфом. Дальнейшее продвижение частей дивизии, в связи с отставанием артиллерии, временно задержалось.

Во второй половине дня вражеское командование, опасаясь продолжения нашего наступления, стало спешно перебрасывать в район боев части, снятые с других участков фронта. Авиация противника со второй половины дня начала усиленную бомбардировку порта и кораблей, поддерживавших огнём артиллерии наступавшие войска ООР. Опомнившись, неприятель стал оказывать сильное сопротивление наступающим советским частям. Жаркий бой завязался у Чебанки. Неприятельские войска сильным артиллерийским и ружейно-пулемётным огнём пытались задержать продвижение десантников. Однако морские пехотинцы прокладывали себе путь вперед гранатами и штыковыми атаками. Враг не выдержал натиска моряков. Чебанка была освобождена. Пять часов длился бой за Новую Дофиновку. В итоге к 18 часам отчаянно сопротивлявшийся противник был выбит и из этого села.

Бой морских пехотинцев у Старой Дофиновки, сильно укрепленной противником, длился около шестнадцати часов. В этой ожесточенной схватке краснофлотцев воодушевлял своим примером комиссар полка - батальонный комиссар И. А. Слесарев, который в самые трудные моменты всегда был впереди, в наиболее опасном месте боя. Командир 3-го батальона старший лейтенант И. Ф. Матвиенко трижды был ранен осколками мин, но продолжал вести за собой десантников. Комсомолец Петренко, посланный в разведку, наткнулся на группу вражеских солдат. Он принял бой и стал поливать противника огнём из пулемёта. Когда наши подразделения, сломив сопротивление врага, подошли к Старой Дофиновке, они обнаружили невдалеке от села павшего героя Петренко. Рядом лежало около двадцати убитых вражеских солдат.

К вечеру 22 сентября 3-й полк морской пехоты вышел в район Чебанки, Старой и Новой Дофиновки, захватив две вражеские батареи, много пулемётов, миномётов и уничтожив более 400 неприятельских солдат и офицеров. В наших руках оказался весь восточный берег Большого Аджалыкского лимана.

В лощине, невдалеке от Чебанки, разведчики обнаружили четырехорудийную дальнобойную батарею, брошенную бежавшим противником. Стволы орудий были направлены в сторону Одессы. Нетрудно было догадаться, что именно из этой батареи враг обстреливал город. На щитах и стволах каждого из четырех орудий краснофлотцы написали мелом: «Больше стрелять по Одессе не будет». На следующий день жители Одессы восторженно приветствовали моряков, которые провезли захваченную вражескую батарею по улицам города.

Выполнила возложенные на неё задачи флотская артиллерия. Эсминцы «Бойкий», «Безупречный», «Беспощадный» и канонерская лодка «Красная Грузия» выпустили по врагу 3225 снарядов разных калибров. Корректировочные посты, высаженные на берег, обеспечили большую эффективность огня. Корабли подавляли очаги сопротивления противника, рассеивали скопления его живой силы и техники в районах Фонтанки, совхоза Ильичевка, Гильдендорфа.

Чтобы лишить советские войска поддержки с моря, неприятельское командование бросило против наших кораблей крупные силы авиации. Сначала девятка пикирующих бомбардировщиков Ю-87 внезапно атаковала на огневой позиции эскадренный миноносец «Безупречный». Искусно маневрируя и ведя сильный заградительный огонь, корабль избежал прямых попаданий (всего было сброшено из пике тридцать семь бомб), однако получил пробоину от близкого разрыва в воде. Машинное отделение оказалось затопленным, корабль лишился хода. Пришедший ему на помощь эсминец «Беспощадный» отбуксировал его в Одесский порт. Но когда «Беспощадный» вернулся на свою огневую позицию, он сам подвергся атаке двух десятков пикирующих бомбардировщиков. Командир корабля Г. П. Негода впоследствии вспоминал:

«Захлопали зенитки «Беспощадного». Корабль начинает маневрировать, уклоняясь от прямого попадания. Один против двадцати одного. Мы смело вступаем в бой с авиацией противника. На помощь подоспел один истребитель. Один! Но какие чудеса храбрости показывал летчик. Без страха врезался он в гущу вражеских самолётов, не давая им удержаться на боевом курсе. Но, увы, силы далеко не равны. Бомбы летят на нас с трех направлений одновременно. Корабль описывает восьмерки и зигзаги. На палубе кромешный ад, а матросы продолжают отважно работать на боевых постах... Вот, прорвавшись сквозь заградительный огонь, над кораблем вражеский самолёт... Эсминец вздрогнул всем корпусом... Одна бомба попала в полуклюз, другая взорвалась у самого форштевня, нарушена прочность носовой части корабля, повреждены почти все помещения, расположенные на носу». «Беспощадный» получил серьезные повреждения, но все же сумел задним ходом, весь окутанный дымом, дойти до Одесского порта.

А корабли, оставшиеся в строю, продолжали вести огонь по противнику.

В течение всего дня авиация поддерживала наступление наших войск. С 16.15 до 18.50 девять истребителей И-6 и один Ил-2 штурмовали живую силу и пулемётные гнезда противника в лощине западнее Александровки. За трое последних суток летчики ООР совершили более 150 вылетов и только в воздушных боях уничтожили 12 вражеских самолётов.

При активной поддержке огня корабельной артиллерии, бомбардировочной и штурмовой авиации части Восточного сектора к исходу дня выполнили поставленную задачу. 421-я и 157-я дивизии заняли населенные пункты Фонтанку, Шевченко, Ильичевку, Гильдендорф, Вапнярку, Александровку и установили между собой непосредственную связь. Части 421-й стрелковой дивизии вступили в контакт с подразделениями 3-го полка морской пехоты.

С наступлением темноты наши части прекратили преследование противника и стали закрепляться на достигнутых рубежах.

В результате контрудара, проведенного Приморской армией во взаимодействии с морским десантом, кораблями и авиацией Черноморского флота, войскам левого фланга 4-й румынской армии было нанесено серьезное поражение. Враг был отброшен на 5-8 километров к северу от побережья. Он потерял до 6000 солдат и офицеров, из них около 2000 убитыми, несколько сот человек сдались в плен. Были разгромлены незадолго до этого пополненные 13-я и 15-я пехотные дивизии, причём 13-я дивизия понесла такие потери, что в дальнейших боевых действиях под

Одессой практически не участвовала. Наши войска захватили большие трофеи, в том числе 39 орудий разных калибров, включая тяжелые, обстреливавшие город и порт, 127 пулемётов, 15 миномётов, 1100 винтовок и автоматов, 13500 мин и ручных гранат, 3000 снарядов, много винтовочных патронов, военного снаряжения.

Значение контрудара не исчерпывалось разгромом двух вражеских дивизий и захватом больших трофеев. Продвижение частей Восточного сектора на север увеличило территорию Одесского плацдарма примерно на 120 квадратных километров и лишило противника возможности вести отсюда артиллерийский обстрел города и порта. Успех контрудара сыграл огромную роль в укреплении боеспособности частей Приморской армии и еще больше поднял боевой дух героических защитников Одессы.

В связи с тем, что в Западном и Южном секторах противник 22 сентября пытался, в свою очередь, наступать, командование ООР прекратило наступление в Восточном секторе. Войскам сектора было передано боевое распоряжение, указывавшее новую линию обороны. Она начиналась на восточной стороне Большого Аджалыкского лимана за Новой Дофиновкой и проходила затем севернее освобожденных Александровки и Гильдендорфа. Частям 157-й стрелковой дивизии, за исключением 716-го стрелкового полка, остававшегося в оперативном подчинении командира 421-й дивизии, было приказано начать с утра 23 сентября переброску в район Нерубайского и Усатово, чтобы затем занять новые рубежи в Западном секторе. 3-й полк морской пехоты, в командование которым вступил подполковник В. Н. Затылкин, поступал в распоряжение командира 421-й дивизии. Ночь ушла на перегруппировку сил и смену частей.

Войска Одесского оборонительного района начали подготовку к обороне города в зимних условиях. В ночь с 22 на 23 сентября 1941 года вопрос о подготовке к зиме обсуждался на заседании Военного совета оборонительного района. Было решено начать строительство отапливаемых землянок для жилья и хозяйственно-бытовых нужд. Общее руководство строительством возлагалось на генерал-майора А. Ф. Хренова, а техническое - на полковника Г. П. Кедринского. Обеспечение необходимым инвентарем, а также котлами, печками, банями, лампами, фонарями, свечами вменялось в обязанность начальнику тыла Приморской армии генерал-майору Т. К. Коломийцу.

Из Новороссийска в Одессу прибыл теплоход «Василий Чапаев», доставивший дивизион гвардейских миномётов 8-го миномётного полка под командованием старшего лейтенанта П. С. Небоженко, имевший 8 боевых машин РС. Это было новое, тогда в Одессе никому не знакомое грозное оружие - будущие знаменитые «катюши». Дивизион поступил в армейский резерв. Выделение одного из немногих в то время подразделений гвардейских миномётов для ООР лишний раз подтверждало то значение, какое придавала Ставка обороне Одессы.

Пароход «Курск» доставил в Одессу около двух тысяч бойцов и командиров для пополнения частей оборонительного района, а также вооружение и боеприпасы. В пути его атаковали вражеские бомбардировщики, которые обрушили на слабо защищенное судно сильные бомбовые удары. «Курск», умело маневрируя, уклонился от прямого попадания и огнём своих пулемётов сбил один фашистский самолёт.

На переходе за Тендровской косой вражеская авиация перехватила буксирный катер «Тайфун». За время обороны Одессы это судно совершило несколько рейсов в осажденный город, откуда отбуксировало в другие порты Черноморско-Азовского бассейна 4000-тонный плавучий док с 27 паровозами, 6000-тонный железобетонный док, две груженые наливные баржи. Рейс 22 сентября оказался для буксира последним. «Тайфун» погиб от прямого попадания трех авиабомб.

Бюро Одесского обкома КП(б)У приняло постановление об упорядочении катакомб и подвалов, где от артиллерийского обстрела и воздушных бомбардировок укрывались многие жители Одессы. Обком обязал секретарей райкомов партии и председателей исполкомов районных Советов депутатов трудящихся до 27 сентября обеспечить электрификацию подземелий, оборудование вентиляции, укрепление сводов, расширение проходов. В катакомбы были назначены коменданты и агитаторы из числа коммунистов, комсомольцев, депутатов Советов.

Одновременно в катакомбах создавалась материально-техническая база для партийного подполья и партизанских отрядов на случай оставления Одессы нашими войсками. Пригородный райком КП(б)У, например, организовал склады оружия и продовольствия, библиотеку.


Похожие страницы:
Свежие страницы из раздела:
Предыдущие страницы из раздела:

Песни про Одессу

Песни про Одессу

Коллекция раритетных, колоритных и просто хороших песен про Одессу в исполнении одесситов и не только.

Отдых в Одессе

Отдых в Одессе

Одесские пляжи и курорты; детский и семейный отдых; рыбалка и зелёный туризм в Одессе.

2ГИС онлайн

Дубль Гис

Интерактивная карта Одессы. Справочник ДубльГис имеет удобный для просмотра интерфейс и поиск.

Одесский юмор

Одесский юмор

Одесские анекдоты истории и диалоги; замечательные миниатюры Михаила Жванецкого и неповторимые стихи Бориса Барского.