Агент с очаровательной мушкой на шее

Раздел - История Одессы

Может, не все помнят, но ночь на 1 мая — особая. Это ночь, когда происходит шабаш ведьм. Видимо, поэтому в канун этого дня задумываешься:, а были ли ведьмы в Одессе? И сразу на ум приходит одна то ли фурия, то ли чертовка, а если без иносказаний — Каролина Собаньская.

Уловки одной чертовки

История Одессы - Агент с очаровательной мушкой на шееРодом она была из знатного рода польских графов Ржевуских. Род был знатен прежде всего тем, что сколько бы там ни наживали, всё вмиг спускали. Поэтому дочерей всегда старались удачно женить. Каролине удача улыбнулась в лице Иеронима Собаньского, главным достоинством которого были деньги. Ибо тридцать три года разницы в возрасте супругов к достоинствам уж никак не отнесёшь (хотя это под каким углом смотреть).

Муж вёл хлебную торговлю в Одессе, о чём напоминают Собаньские (почему-то переименованные в Сабаньские) склады, позднее ставшие казармами в одноименном переулке. Вести дела легче было на месте, и семья перебралась в Одессу. Каролина сразу уведомила одесское общество, что её мать Юстина была по отцу родственницей княгини Любомирской, той самой, что во времена Великой французской революции взошла на эшафот вместе с королевой Марией-Антуанеттой, разделив её участь. Впечатлительная Каролина, узнав об этом свинстве, сильно невзлюбила всяческих революционеров.

Эта чертовка была чертовски красива, многие даже судачили, что было в ней что-то библейское. Только в отличие от своей библейской прародительницы, запретный плод Каролины удалось вкусить не только Адаму, но по кусочку и без особого труда мог отведать всяк, кто хотел, вернее, кто был ей нужен. По мнению одесских мужчин, «чувственное желание она разжигала мгновенно и огонь поддерживала сколько ей нужно». Да уж, о любви здесь говорить неприлично, ибо об отсутствующих не говорят. Любовь она даже не имитировала, и, тем не менее, на её уловки попадались практически все.

Одесская «шведская семья»

В Одессе вторым лицом после генерала Воронцова был Иван Осипович Витт (тоже граф и тоже генерал), начальник военных поселений Юга России. Ему самим царём было предписано «строго наблюдать». А за кем или за чем конкретно наблюдать, предписано не было — догадайся, мол, сам. Витт был догадлив и на всякий случай наблюдал за всеми. Мы бы сегодня сказали, что и сам наместник Воронцов «был под колпаком у папаши Витта».

Наблюдать — это дело непростое. Как прикажете? Не сидеть же с подзорной трубой в окне. В XIX веке всё делалось проще — держали салон, этакую мышеловку. А чтобы туда заглядывали мыши, в мышеловке необходим был лакомый кусочек. Таковой Витт себе и присмотрел — самую красивую женщину Одессы, гордячку-полячку Каролину Собаньскую. Каролина, не колеблясь, стала неофициальной женой Витта, а вслед за тем и сотрудницей. Старичок муж с таким шведским вариантом семьи на удивление легко смирился, и зажили они втроём в мире да согласии.

Ну что ж, Витт обучил свою помощницу, если выражаться языком светским, искусству «задушевной откровенности», а если не хитрить и называть вещи языком профессиональным, искусству «сбора информации». Каролина этому делу отдалась всей душой, хотя, наверное, всё же не душой, но отдалась. Тут уж Витт (не муж, обратите внимание) начал ерепениться. Но Каролина быстро его урезонила, дескать, такая её «общедоступность» полезна для дела, которому она служит:

— Влюбленный мужчина вначале даёт волю рукам, а уж коли те насытятся, то и языку. Чтобы сразить женщину полнотой своей натуры, он ей выложит всё, чего даже и не было. Где ты, Иван Осипович, ещё такую информацию получишь?

Да, многие Олоферны добровольно несли свои головы этой Юдифи, опьянённые её красотой.

Клеопатра и невольник

А тут в Одессу прибыл поднадзорный Пушкин. В первый же вечер кто-то из знакомых затянул его на какой-то раут. Едва умывшись с дороги, Пушкин легко взбежал по ступеням, ведущим в залу, и вдруг словно натолкнулся на невидимую стену. И мгновенно предчувствие опасности пронзило сердце. Это шло от пианофорте. Какая-то чудная мелодия лилась из его вишнёвых недр. Но не мелодия сражала, а та, что извлекала её из клавиш. Лица не было видно — только плечи. Но какие! Муарово-бледные, с одной очаровательной мушкой у самой шеи! На них хотелось оставлять поцелуи — и было где! Пушкин понял: здесь он застрял надолго.

Анна Ахматова — сама женщина, и уже потому тонко чувствующая душу другой женщины, — однажды посвятила своё внимание взаимоотношениям Пушкина и женщин его окружения. Из всего букета лиц она мгновенно выхватила одно с именем Каролина. Вердикт поэтессы был нелестен: Собаньская — Клеопатра. Это и сам Пушкин признал, когда в его «Вечере на даче» появилась дама с «огненными пронзительными глазами».

— Судьбою властвует она! — восклицает пушкинский герой фатально.

Похоже, Пушкин, как бабочка, попал в коллекцию Собаньской. «Коллекционирование великих» было вообще семейной чертой Ржевуских. Одна сестра Собаньской Алина «экспромтом» оказалась в семье композитора Монюшко. Другая сестра Паулина «случайно» стала женой директора Одесского театра Ризнича (когда умерла его первая несчастная супруга Амалия). Ну, а третья сестра, Эвелина, слегка побыв Ганской, «невзначай» сделалась женой автора «Человеческой комедии» Оноре де Бальзака. И Каролина на закате жизни будет женой довольно известного французского поэта. Но это потом. А пока нам рано покидать Одессу.

Что ж, поднадзорный поэт в Одессе не был брошен на произвол. Собаньская не выпускала Пушкина из своих цепких объятий. Может, именно это его и спасало. Столь вызывающе тогда парил над ним Амур, что отвлекал от другой его жизни, неугодной и неудобной властям. К тому же Собаньская — уж на что ловка была бестия — ничего существенного о «своём короле» (так называла она Пушкина в краткие минуты наедине) сообщить «куда надо» не смогла. И на том спасибо. Хотя лица истинно королевской крови были о ней другого мнения: «Она самая большая и ловкая интриганка, которая под личиной любезности всякого уловит в свои сети». Это — Николай I (1831 год).

Но, как и его золотая рыбка, Пушкин каким-то образом вырвался из этих сетей.

«Святая женщина»

На счету агента Собаньской достаточно блестящих «операций». Но, наверное, самым тонким было «польское дело». Когда в Польше, к грусти поляков, было подавлено восстание патриотов, к радости Витта он тут же был назначен Варшавским военным губернатором, дабы своих соплеменников вразумить и наставить. Без Собаньской он был уже, как без рук, и его лучший агент покинул Одессу.

И вот что придумала эта «сладкая парочка». По Европе понёсся слух: невероятно, но за спиной царского сатрапа Витта тайно действует чудо-женщина. К каждому, кого генерал собирается покарать, она спешит на выручку, чтобы вместе подумать, «как беду отвести». Своей красотой смягчает сердце Витта и таким образом облегчает участь несчастных заговорщиков. До того дошло, что кое-кого она просто вывезла в своей карете за границу и так спасла. Вот только, скольких спасла, так и не выяснили. Искали-искали, но как-то спасённых не нашли — не повезло.

Легенда, как видим, была сработана топором, но действовала ювелирно. Так агент с очаровательной мушкой на шее продолжал давать информацию. При взгляде на её красоту забывали обо всём, даже предупреждение Мицкевича, который поймал «патриотку» на составлении тайного доноса в Санкт-Петербург. Поверили не Мицкевичу, а ей, объявив донесение подложным, ставящим целью скомпрометировать «святую женщину». Вот какой силой обладают женская красота и хорошо рассказанные сказки.

Разведка не стареет, но те, кто ей служат, не защищены от времени. Собаньская старела, а на старуху бывает проруха. В общем, мадам-агент однажды прокололась — какой-то дипломат, не разобравшись, донёс в Петербург в ІІІ Отделение, что Каролина снюхалась с заговорщиками. Мгновенно тень пала на Витта. Он поступил достойно: тут же юркнул в кусты. Но и Каролина уже имела немалый опыт — как истинная аристократка послала всех подальше, а сама вдруг объявилась в Париже. После этого след Собаньской в истории теряет чёткость. Она появляется то там, то тут. Подобно героине венецианского карнавала, Каролина стремительно меняет маски. Предназначение маски скрыть лицо. Поэтому сегодня мы не можем вглядеться в зеркало её души — глаза Собаньской. Нет ни одного портрета этой самой бесподобной женщины века. Вот как мстит время!

Известно, что она похоронена на кладбище Монпарнас. Но не сильтесь найти её могилу. Время и там развеяло следы. Исчезла не только её душа, но и земной след. А впрочем, возможно, так и должно быть: хорошие агенты не оставляют следов.

Валентин Крапива


Похожие страницы:
Свежие страницы из раздела:
Предыдущие страницы из раздела:

Песни про Одессу

Песни про Одессу

Коллекция раритетных, колоритных и просто хороших песен про Одессу в исполнении одесситов и не только.

Отдых в Одессе

Отдых в Одессе

Одесские пляжи и курорты; детский и семейный отдых; рыбалка и зелёный туризм в Одессе.

2ГИС онлайн

Дубль Гис

Интерактивная карта Одессы. Справочник ДубльГис имеет удобный для просмотра интерфейс и поиск.

Одесский юмор

Одесский юмор

Одесские анекдоты истории и диалоги; замечательные миниатюры Михаила Жванецкого и неповторимые стихи Бориса Барского.