Одесса от А до Я
Odesskiy.comЧисто Одесский Сайт |
Страница 1 из 3
Остап Бендер - тоже кумир Одессы, и не только...
Дело гражданина Бендера
Я почти десять лет прожила без телевизора и поэтому нынче, не теряя пресловутой «духовности», смело могу себе позволить иногда часами глядеть в него бессмысленно и завороженно. Я с отвычки до сих пор удивляюсь, как это в нем картинка движется.
На днях важная информация прервала мой заколдованный сон: оказывается, главная звезда нашего театра и кино Олег Меньшиков снимается сразу в двух сериалах.
Один по мотивам пастернаковского «Доктора Живаго», а другой – «Золотой теленок» Ильфа и Петрова.
Обе вещи уже имеют свою кинематографическую историю. Остапом Бендером успели побывать уже две звезды, Юрский и Миронов, а также свежий артист Гомиашвили и какой то неведомый француз, ибо была прошедшая незаметно французская экранизация.
Что касается доктора Живаго – то кто ж его не знает! Кто ж не покатывался со смеху, глядя на сладкого Омара Шарифа, с прилизанными усиками, окруженного опереточными «руски казак». При этом посреди развесистой голливудской клюквы «а ля рюсс» существовала абсолютно настоящая Лара – великая Джули Кристи. Лара очаровала всех, как некогда Одри Хепберн – Наташа Ростова, тоже настоящая, посреди бутафорской чепухи на тему «Войны и мира».
В общем, можно сказать, что Живаго и не играли, а Бендера поиграли, дай Боже.
И, тем не менее, я совершенно уверена, что Меньшиков справится с обеими ролями. Ведь обе роли – это его главная и постоянная тема, тема русского интеллигента. Когда-то она была заявлена его дебютом – «Покровскими воротами», и он никогда с ней не расставался. То, что роман «Доктор Живаго» рассказывает о страданиях русского интеллигента – это ясно всем. Что касается дилогии про Остапа, то жанр книги это, конечно же, классический «плутовской роман». Вопрос о причастности Остапа к интеллигенции никогда не возник бы, если бы «злая старуха» Надежда Мандельштам в своих «Воспоминаниях» не обвинила бы эту книгу в наезде на русскую интеллигенцию. Она утверждает, что книга полна издевательств над замученным революцией и Советской властью интеллигентом, и апофеозом этого издевательства является порка Васисуалия Лоханкина на коммунальной кухне.
Надежде Мандельштам, естественно, начали возражать. Сначала просто писали, что Васисуалий – это карикатура на некоего бездельника и альфонса, хоть и называющего себя интеллигенцией, но имеющего к ней весьма отдаленное отношение. И что в книге есть настоящие, чистые и светлые образы интеллигенции, например инженер Треухов с его мечтой о старгородском трамвае или та же Зося Синицкая – студентка.
Но потом нашелся храбрец, который впервые осмелился заметить, что сам герой романа – плут Остап – тоже является интеллигентом, что «Остапиада» – самая, что ни на есть, интеллигентская книжка и именно поэтому она так любима всякими «физиками и лириками». Храбреца этого немедленно заклевали разные критики и литературоведы. Конечно же, москво-питерские, они просто не могли позволить объявить русским интеллигентом двухсотпроцентного одессита Остапа.
А я тогда, живя в Америке, в тесном соседстве с южнорусской, в том числе одесской общиной, имея возможность наблюдать ее нравы и манеры, согласилась с москво-питерским вердиктом: книжка, безусловно, не анти-интеллигентская, но Остап к слову «интеллигент» не имеет никакого отношения.
Но давеча, услышав о двойном проекте Меньшикова, я снова задумалась над этим вопросом и, сняв с полки дилогию, перечитала ее очень внимательно, пытаясь найти ответ.
И теперь я, конечно же, твердый и убежденный адвокат Остапа Ибрагимовича Бендера.
Для произнесения защитной речи мне в первую очередь пришлось сформулировать само понятие «интеллигент». Чем оно отличается от понятия «интеллектуал» или «человек умственного труда». Мне помог Эдуард Лимонов, сказавший в интервью: «Я интеллектуал, но я не интеллигент. Для меня нет табу».
На днях важная информация прервала мой заколдованный сон: оказывается, главная звезда нашего театра и кино Олег Меньшиков снимается сразу в двух сериалах.
Один по мотивам пастернаковского «Доктора Живаго», а другой – «Золотой теленок» Ильфа и Петрова.
Обе вещи уже имеют свою кинематографическую историю. Остапом Бендером успели побывать уже две звезды, Юрский и Миронов, а также свежий артист Гомиашвили и какой то неведомый француз, ибо была прошедшая незаметно французская экранизация.
Что касается доктора Живаго – то кто ж его не знает! Кто ж не покатывался со смеху, глядя на сладкого Омара Шарифа, с прилизанными усиками, окруженного опереточными «руски казак». При этом посреди развесистой голливудской клюквы «а ля рюсс» существовала абсолютно настоящая Лара – великая Джули Кристи. Лара очаровала всех, как некогда Одри Хепберн – Наташа Ростова, тоже настоящая, посреди бутафорской чепухи на тему «Войны и мира».
В общем, можно сказать, что Живаго и не играли, а Бендера поиграли, дай Боже.
И, тем не менее, я совершенно уверена, что Меньшиков справится с обеими ролями. Ведь обе роли – это его главная и постоянная тема, тема русского интеллигента. Когда-то она была заявлена его дебютом – «Покровскими воротами», и он никогда с ней не расставался. То, что роман «Доктор Живаго» рассказывает о страданиях русского интеллигента – это ясно всем. Что касается дилогии про Остапа, то жанр книги это, конечно же, классический «плутовской роман». Вопрос о причастности Остапа к интеллигенции никогда не возник бы, если бы «злая старуха» Надежда Мандельштам в своих «Воспоминаниях» не обвинила бы эту книгу в наезде на русскую интеллигенцию. Она утверждает, что книга полна издевательств над замученным революцией и Советской властью интеллигентом, и апофеозом этого издевательства является порка Васисуалия Лоханкина на коммунальной кухне.
Надежде Мандельштам, естественно, начали возражать. Сначала просто писали, что Васисуалий – это карикатура на некоего бездельника и альфонса, хоть и называющего себя интеллигенцией, но имеющего к ней весьма отдаленное отношение. И что в книге есть настоящие, чистые и светлые образы интеллигенции, например инженер Треухов с его мечтой о старгородском трамвае или та же Зося Синицкая – студентка.
Но потом нашелся храбрец, который впервые осмелился заметить, что сам герой романа – плут Остап – тоже является интеллигентом, что «Остапиада» – самая, что ни на есть, интеллигентская книжка и именно поэтому она так любима всякими «физиками и лириками». Храбреца этого немедленно заклевали разные критики и литературоведы. Конечно же, москво-питерские, они просто не могли позволить объявить русским интеллигентом двухсотпроцентного одессита Остапа.
А я тогда, живя в Америке, в тесном соседстве с южнорусской, в том числе одесской общиной, имея возможность наблюдать ее нравы и манеры, согласилась с москво-питерским вердиктом: книжка, безусловно, не анти-интеллигентская, но Остап к слову «интеллигент» не имеет никакого отношения.
Но давеча, услышав о двойном проекте Меньшикова, я снова задумалась над этим вопросом и, сняв с полки дилогию, перечитала ее очень внимательно, пытаясь найти ответ.
И теперь я, конечно же, твердый и убежденный адвокат Остапа Ибрагимовича Бендера.
Для произнесения защитной речи мне в первую очередь пришлось сформулировать само понятие «интеллигент». Чем оно отличается от понятия «интеллектуал» или «человек умственного труда». Мне помог Эдуард Лимонов, сказавший в интервью: «Я интеллектуал, но я не интеллигент. Для меня нет табу».
