Грисюк Андрей Григорьевич

Раздел - Чисто одесские кумиры - Г

«Для меня приблизилось время бед…»

28 февраля 1922 года преосвященный Анатолий был назначен на кафедру в Самару.

Через год, 24 февраля 1923 года, он был вновь арестован, теперь уже Самарским ГПУ. Поводом для ареста послужило найденное при обыске в квартире владыки антисоветское воззвание, написанное от его имени.

Владыка указал следователям, что это фальшивка и что, хотя воззвание и подписано его именем, оно ему не принадлежит. В результате 4 августа того же года он был освобожден.

По освобождении он был возведен Патриархом Тихоном в сан архиепископа.

Сразу же вслед за этим, 18 сентября, Самарское ГПУ второй раз арестовывает владыку, теперь за сопротивление обновленческому расколу. Он был обвинен также в распространении антисоветских слухов.

В застенках ГПУ владыку жестоко избивали. У него была повреждена челюсть, сломаны два ребра.

Из тюремной больницы, где он перенес тяжелую операцию, святителя отправили в 1924 году на три года в Туркмению – сначала в Полторацк (ныне – Ашхабад), а затем в Красноводск (ныне – Туркменбаши). В Красноводске владыка вновь тяжело заболел.

По окончании срока ссылки архиепископ Анатолий вернулся в Самару и был назначен постоянным членом Священного Синода при заместителе местоблюстителя митрополите Сергии (Страгородском).

С 1928 года владыка Анатолий на Одесской кафедре.

В Одессе владыка Анатолий с первых дней стал оказывать особое внимание религиозно настроенной молодежи, и вскоре вокруг него образовалась группа, которой он отдавал много любви и трудов, готовя достойных к принятию священного сана. Но события развивались трагически, и впоследствии многих его духовных чад арестовал НКВД.
  Начало 20-го века, фото собора сделано с оригинала фотопластинки

На глазах митрополита проходило дерзкое и кощунственное закрытие и уничтожение храмов. Были взорваны величественный Преображенский кафедральный собор, прекрасное здание военного Сергиевского собора, храм святителя Николая в порту и другие.

В 1931 году было арестовано более 20 священнослужителей, бывших лучшими проповедниками города, и все они были приговорены к заключению. Владыка ходил хлопотать об их освобождении. Его всячески унижали, а затем и самого стали вызывать на допросы в НКВД, иногда поднимая с постели глубокой ночью. Бывало, что представители властей являлись в храм во время праздничного богослужения с требованием, чтобы митрополит немедленно прибыл в НКВД на Маразлиевскую улицу. Кроткий и смиренный в обычное время, владыка в этих случаях твердо отвечал, что не прервет богослужения и явится туда только после его окончания.

Последним местом служения святителя стала Димитриевская церковь. Все остальные храмы Одессы к этому времени были закрыты. На богослужения в последнее перед арестом время владыка ходил пешком, опустив глаза и сосредоточенно молясь.

Вскоре последовал запрет облачать митрополита Анатолия посреди храма, а затем запретили и совершать богослужения.

В ночь с 9 на 10 августа 1936 года митрополит был арестован и 13 августа под конвоем перевезен в следственную тюрьму в Киев.

Начались допросы. Владыке вменили в вину «антисоветскую агитацию среди духовенства и церковников города Одессы».

Владыка отвечал: «Антисоветской агитации я не вел. Однако припоминаю случай, когда я в беседе с моим секретарем… в связи с закрытием церквей в епархии… выразился, что это положение не имеет сравнения в отечественной церковной истории. При этом я сказал, что во времена татарского нашествия если разрушались церкви, то разрушались и города, теперь же города развиваются, украшаются, а церкви закрываются и некоторые разрушаются. Затем был случай, когда, подводя итоги закрытия церквей, в частности, в Молдавии, я… сделал замечание, что это разгром церковной организации».

Известно, что НКВД многих огульно записывал в шпионы враждебных СССР государств. Нечто подобное было предпринято и в отношении преосвященного Анатолия, с «церковным», так сказать, уклоном: владыку обвинили в связях… с Ватиканом. Следователь допытывался:

– Следствие располагает данными о том, что Вы были связаны с представителями Ватикана и вели с ними переговоры об установлении контакта Восточных и Западных Церквей с целью объединения Православия и католицизма для создания единого антисоветского фронта. Расскажите, при каких обстоятельствах была установлена такая связь и при посредстве кого именно.

– Связи с представителями Католической Церкви я не имел и никаких переговоров об объединении православных и католиков не вел, – отвечал владыка Анатолий. – Заявляю, что я убежденный антикатолик и по своим религиозным воззрениям, как православный архиерей, не мог вести таких переговоров.

– Вы были связаны с католическим ксендзом Зноско? – не унимался следователь.

– Точно не припомню, но, кажется, в 1934 году ко мне на квартиру в Одессе явился прибывший из Николаева ксендз Зноско, который, представившись мне, заявил, что он хотел повидать православного епископа и выразить ему свое уважение. Разговор мой со Зноско был очень кратким и касался малозначащих нейтральных предметов. Вопросов политического характера мы абсолютно не касались. Также не затрагивался вопрос об унии или возможности соединения православных и католиков.

– Вы обвиняетесь в том, что, во-первых, проводили работу, направленную к созданию антисоветского блока путем воссоединения Восточной и Западной Церквей на основе унии с подчинением Русской Православной Церкви папе Римскому, и, во-вторых, систематически вели антисоветскую агитацию, используя религиозные предрассудки масс в контрреволюционных целях. Признаете ли Вы себя виновным?

– В первом пункте виновным себя не признаю. По второму пункту, кроме выражений в частных беседах, могущих быть истолкованными при известном освещении как проявление моей антисоветской направленности, виновным себя не признаю».

8 октября следствие было закончено. Узнав, что в обвинительное заключение попали все те формулировки бездоказательных обвинений, какие ему пытался навязать следователь, митрополит Анатолий написал заявление начальнику 8-го отделения СПО НКВД Украины Иванову, который вел следствие, прося передать его заявление вместе с делом прокурору по спецделам и в Особое совещание при НКВД СССР. В нем митрополит Анатолий писал:

«Сообщенные мною самим выражения из частных моих бесед с одним лицом, взятые вне контекста или связи, при известном освещении могут быть истолкованы как проявление моего антисоветского настроения и в устах легкомысленного человека могли при передаче быть использованы в этом недобром смысле, но в моих собственных устах они, эти выражения, были лишь плодом моего глубокого недоумения пред фактом резкого и в некоторых местах порученной мне епархии сплошного, почти на 100 %, закрытия церквей и плодом чувства огорчения, очень естественного во мне перед лицом этого факта. Выражения же из свидетельских показаний, приведенные в доказательство моей антисоветской агитации, или вырваны из связи, или искажены, или просто не соответствуют действительности. В официальных же своих выступлениях по роду своей службы, в сношениях с церковными общинами и их представителями и с должностными советскими представителями я оставался, смею думать, всегда в пределах строгой лояльности и корректности.

Песни про Одессу

Песни про Одессу

Коллекция раритетных, колоритных и просто хороших песен про Одессу в исполнении одесситов и не только.

Отдых в Одессе

Отдых в Одессе

Одесские пляжи и курорты; детский и семейный отдых; рыбалка и зелёный туризм в Одессе.

2ГИС онлайн

Дубль Гис

Интерактивная карта Одессы. Справочник ДубльГис имеет удобный для просмотра интерфейс и поиск.

Одесский юмор

Одесский юмор

Одесские анекдоты истории и диалоги; замечательные миниатюры Михаила Жванецкого и неповторимые стихи Бориса Барского.